В Нормандии, говорят, на придорожных столбах можно прочитать такие объявления: «Пасите своих лошадей на моем поле. Цена: за короткохвостую лошадь десять сантимов в день, за лошадь с длинным хвостом двадцать». Эта странная наценка за длинный хвост объясняется просто: короткохвостая лошадь, когда донимают ее слепни и мухи, часто отрывается от еды, чтобы головой отогнать их, так как короткий хвост плохая мухобойка. Лошадь же с длинным хвостом этого не делает и поэтому съедает на пастбище, как здесь считают, вдвое больше травы. Такая, казалось бы, пустяковая причина длина волос в хвосте,P а желудок от этого может быть по-разному набит. Мыслимо ли учесть все другие обстоятельства, которые влияют на аппетиты животных? Их много, разных причин, и все предусмотреть нельзя, даже когда речь идет о сравнении двух одинаковых созданий. А уж если сравнивать разных зверей, птиц, рыб, гадов или насекомых, то самые несходные будут результаты. Одни прожорливы, как Гаргантюа, а другие рядом с ними кощеи бессмертные. Помните, как этот сказочный злодей, Кощей Бессмертный, у Марьи Моревны в плену десять лет не ел, не пил и не помер? Рекорд его никто из животных, кажется, еще не побил, но близко к нему некоторые чемпионы голодания приблизились. Холоднокровные животные главные здесь рекордсмены: у них обмен веществ не такой энергичный, как у теплокровных, а поэтому в теле моллюсков, насекомых, гадов и рыб каждую минуту сгорает меньше пищи, чем у птиц и зверей. Оттого меньше ее им и требуется. В Амстердамском зоопарке жила как-то анаконда, которая вдруг без всякой видимой на то причины так решили работники зоопарка объявила голодовку: перестала есть крыс, кроликов и всяких других зверюшек, которых ей предлагали. За два года змея так ничего и не проглотила. А потом вдруг, и тоже без причины, снова набросилась на крыс, которые уже привыкли считать ее живым бревном, и прожила еще много лет после этого. В Гамбургском зоопарке тоже был свой кощей-питон. Он не ел двадцать пять месяцев! Пил только чистую воду. Но так после голодовки ослабел, что, когда к нему вновь вернулся аппетит, не смог проглотить голубя и подавился. Черепахи, крокодилы и осьминоги тоже месяцами могут ничего не есть. И пауки, и черви планарии Это удивительные существа, планарии! Расселились они по всему миру: живут и в море, и в пресной воде, и в тропических лесах во мху. Пестрые, разноцветные «ленты» длиной с ноготь, а то и с ладонь, они не ползут, а, скорее, скользят, словно струятся, со скоростью несколько метров в час, по слизистой «дорожке», которую предварительно сами под себя подстилают. «Вынюхивают» улиток и дождевых червей. Поймав червя, планария терриколя крепко обнимает его своим плоским телом и, опрыснув кишечным соком, переваривает, даже не дав себе труда проглотить его. Ну, а если саму планарию захочет кто-нибудь проглотить, он должен прежде подготовить свои нервы к спектаклю с вивисекцией, который она может перед ним разыграть. Когда терриколе угрожает опасность, она, бывает, вдруг сама разрывает себя на куски, и перед изумленным врагом вместо живого червя замирают, округлившись, десять двадцать слизистых комков. Через несколько часов, когда опасность минует, каждый комочек, регенерируя орган за органом, воссоздает целого червя! Сохранив лишь одну двадцатую часть себя, планария не теряет, однако, индивидуальности, а скоро воспроизводит ее вновь в двадцати новых лицах. Эти в высшей степени уникальные способности выручают планарий и в другой беде: когда приходится им подолгу голодать. Месяцами могут они ничего не есть. Собственно, не совсем так: если нечего есть вокруг, они едят себя! Клетка за клеткой их органы добровольно и своим, так сказать, ходом отправляются в кишечник и там перевариваются. Сначала приносят себя в жертву половые органы, потом мускулы. Но никогда, даже если и в самом себе червю нечего будет съесть, он не пожирает свой мозг и нервы. В них вся его сущая суть! Были случаи, что, голодая по полгода и без жалости себя в себе переваривая, планарии съедали шесть седьмых своего тела. Всемеро становились короче! Но когда им опять давали пищи вдоволь, быстро росли и обретали вновь потерянные и вес, и размеры. Нередко постятся по полгода и больше клопы. Конечно, не по своей воле. А клопиные личинки при необходимости, когда из дома все жильцы уезжают, соблюдают строгую диету целый год и даже полтора года! Актинии на клопов не похожи, но тоже голодать могут подолгу: года по два, по три. В разных аквариумах это видели не раз. От такой жизни актинии «худели» очень сильно: в десять раз теряли в весе. Но стоило им вновь предложить пищу, как они жадно начинали ее глотать и быстро «поправлялись». Через несколько дней трудно поверить, что актиния так долго постилась. Когда у актиний разыгрывается аппетит, они глотают все без разбора, даже несъедобные и опасные для них предметы. Одна актиния с голодухи проглотила как-то большую раковину. Раковина встала в ее желудке поперек и перегородила его на две половинки, верхнюю и нижнюю. В нижнюю пища изо рта не попадала. Думали, актиния умрет. Но она нашла выход: у подошвы актинии, у самого того места, на котором этот морской «цветочек» сидит на камне, открыл свой беззубый зев новый рот. Вокруг него вскоре выросли щупальца, и актиния стала счастливой обладательницей двух ртов и двух желудков. Едва ли кто из обжор может сравниться с клещами. Они сосут кровь самых разных животных, и так много ее сосут, что раздуваются непомерно . Собачий клещ после обильной трапезы весит в двести двадцать три раза больше, чем натощак. А клещ бычий за три недели увеличивает свой вес в десять тысяч раз! Удивительно ли, что после такого феноменального обжорства клещи постятся годами. Чтобы проверить, сколько они могут не есть, ученые отрезали у клещей все ротовые придатки, без которых сосать кровь невозможно. Оперированные клещи жили в лабораториях год, жили два года, три, четыре Уже про них почти забыли. Устали ждать, когда они от голода умрут. Но они не умирали и пять, и шесть, и семь лет! И даже больше Так люди заставили маленьких родичей пауков поставить мировой рекорд: дольше них голодать никто не мог. Кроме Кощея, конечно, но то сказка. А это научный факт. Желудки млекопитающих животных не столь объемисты, как у клещей. Но многие из них тоже порядочные обжоры. Особенно мелкие и подвижные зверюшки или такие работяги, как кроты: они съедают за сутки лишь вполовину меньше пищи, чем весят сами. Даже проворная и хищная куница менее прожорлива, чем крот или землеройка: в день она съедает мяса вдесятеро меньше своего веса. А лев еще вдвое меньше. Слон, который весит тонн пять, съедает за сутки больше ста килограммов. Вот ежедневное меню одного слона из Пражского зоопарка: 100Pкг травы и веток (или 40Pкг сена), 20Pкг свеклы или моркови, 6Pкг овса, 2Pкг ячменя, 2Pкг пшеничных отрубей, 0,1Pкг минеральной и витаминной смеси, 0,1Pкг соли. Всего 130Pкг 200Pг разной пищи. В один день! Но абсолютный мировой рекорд обжорства принадлежит не слону, а, конечно, киту. Даже не очень крупные киты глотают каждый день несколько тонн рачков, рыбы и кальмаров. А новорожденный детеныш голубого кита высасывает у мамы-китихи двести литров молока в сутки и, подрастая как на дрожжах, «поправляется» каждый час на четыре кило! Что-то не верится? И тем не менее это так. Ведь молоко у китов очень жирное не молоко, а чистые сливки! В нем одних жиров процентов пятьдесят (у коровы только 3 4 процента), а еще белки и углеводы: получается высококалорийный питательный концентрат. У многих животных, которые привыкли жить стаями, в одиночестве очень плохой аппетит. И наоборот: в компании их можно заставить съесть вдвое больше. С курами, например, много раз делали такие опыты. Голодной курице давали вволю зерна. Когда она, наевшись, переставала клевать, к ней в клетку впускали другую, голодную курицу, которая с жадностью набрасывалась на зерно. И тут же сытая курица (из жадности или солидарности?) опять начинала клевать и съедала еще почти столько же зерна, как в одиночестве. Лисы животные нестайные, но в компании они тоже ненасытны. Один служитель в зоопарке буквально убил лису мясом, подбрасывая ей кусок за куском на глазах у других голодных лис. Она, не подпуская их, ела и ела мясо, хотя давно уже была сыта, и стенки желудка не выдержали такого обжорства и разорвались. Аппетиты многих животных зависят и от времени года. Медведицы, например, осенью едят больше, чем летом и весной: к зиме они должны накопить жир, чтобы кормить медвежат, которые родятся в берлоге. Также и тюленихи они, когда кормят на льдинах детенышей, ничего не едят, как и медведицы. Самцы оленей постятся во время гона, осенью, и худеют тогда килограммов на шестьдесят. Зато перед гоном едят очень много. Птицы запасают жир перед перелетами и на время линьки (например, гуси). Напротив, когда пищи нет или ее мало вокруг (как это бывает зимой), насекомые, пауки, рыбы, пресмыкающиеся, амфибии, некоторые звери и даже птицы, например американские козодои, впадают в спячку или оцепенение. Спят в неподвижности, почти не дышат, и температура тела падает иногда у некоторых до минус двух градусов. В плохую погоду пропитание добыть трудно. Птенцы некоторых птиц тогда тоже на время цепенеют: стрижата «консервируют» себя этим способом на три недели, а птенцы буревестника на пятнадцать дней. В общем, подсчитали, что теплокровное животное только для возмещения потерь энергии, уходящей с теплом в пространство, должно съедать в день столько пищи, чтобы при ее сгорании в организме выделилось приблизительно 800 1300 больших калорий на каждый квадратный метр поверхности тела животного. Это когда оно неподвижно. Если же скачет или летает, то в три и даже в 250 раз больше ему требуется еды! На одно лишь переваривание пищи уходит дополнительно 20 40 процентов калорий. У большой собаки, весом в тридцать килограммов, поверхность тела около одного квадратного метра. Если она будет спокойно лежать весь день, то, чтобы прожить, ей хватит 1150Pкг/кал. Но собачонка втрое меньше весом, тоже ничего не делая, потратит за это время не втрое, как казалось бы, а лишь вдвое меньше калорий. Дело в том, что поверхность ее тела тоже не втрое, а вдвое меньше, чем у большой собаки. Ведь чем меньше животное, да вообще любой предмет, тем больше у него относительная поверхность тела (значит, и расход энергии). Таковы уж законы физики. Поэтому маленькие животные сравнительно со своим весом больше едят, чем большие. Сравним крупных хищных птиц и птиц мелких. Первые съедают в день лишь втрое меньше, чем весят сами. А дрозд и скворец 40 50 процентов своего веса, синица 80 100 процентов, королек 120 процентов, а ласточка 170 процентов. Некоторые звери едят все без разбора. Опоссум, например, с одинаковым аппетитом уплетает птичьи яйца и самих птиц, лягушек, жуков, мышей, гусениц, кукурузу, фрукты, траву и почки деревьев. Кузу-лис, австралийский собрат опоссума, также неразборчив в пище. И енот, и койот тоже. А крот, этот нелюдимый норокопатель, пожирает все живое, что может поймать и осилить,P от зайчат и цыплят до жуков и червей. Крысы, свиньи, барсуки и медведи тоже, по существу, всеядные животные. Медведи после пробуждения от зимы часами пасутся, как коровы, на лугу, пожирая свежую зелень. А вот вампир соблюдает строгую диету: он пьет только свежую теплую кровь. Подлетая к спящему человеку или зверю, вампир убаюкивает его мягкими взмахами крыльев, погружая еще в более крепкий сон. Острыми, как бритва, резцами он срезает у жертвы кусочек кожи. Затем кончиком языка, усаженным роговыми бугорками, как теркой, углубляет ранку. Обычно, чтобы не разбудить спящего, вампир парит над ним, слизывая на лету струящуюся из ранки кровь. Слюна вампира содержит особое обезболивающее, анестезирующее вещество (каков хирург!) и фермент, который не дает крови свертываться, как в слюне у пиявки и клещей. Коала, сумчатый медведь Австралии,P вегетарианец. Он ест только листья. И не всякие листья, а лишь листья определенных видов эвкалиптов. Притом он сильно рискует: в листьях его излюбленных деревьев к зиме образуется много синильной кислоты опаснейшего яда, поэтому осенью и ближе к зиме коала перелезает на другие эвкалипты, а если ест листья прежних, то только большие и старые, в которых мало синильной кислоты. Что и говорить, позавидовать ему нельзя. В Южной Америке живет змея муссурана. Змея как змея, ничем вроде бы не примечательная. Но стоит увидеть ей другую змею, особенно ядовитую, муссурана бросается в погоню! Догоняет, та шипит, грозит ядом, но муссурана не знает страха, смело бросается на врага и душит его в кольцах своего сильного тела. Муссурана норовит схватить свою «дичь» за затылок. Если она в него вцепилась жертва обречена. Потому что, вцепившись, муссурана сильно трясет змею как собака хоря!P и ломает позвоночник. Когда змея сдохнет, муссурана ее ест. Заглатывает целиком. Муссурана бе
Их хлеб да вода / С утра до вечера
Комментариев нет:
Отправить комментарий